Прокурор Овчинникова А. А. выступает коротко, торопливо глотая слова, и привычно не аргументированно. Суть её речи: оставить нам меру пресечения без изменений ещё на три месяца в связи всё с тем же – мы, оказывается, по-прежнему располагая значительными денежными средствами, можем и от суда скрыться, и оказать давление на потерпевших (интересно, зачем, они ведь все уже допрошены в суде?!), а также, со слов легендарных потерпевших Кистерского, Мизгирёва и Коломина, сказанных ими ещё в 20-ом году этого столетия, на них может быть оказано давление со стороны последователей религиозной организации, руководителями которой мы втроём являемся…
Далее убедительно и аргументированно выступили сторона защиты и обвиняемые, показав и необоснованность нашего содержания под стражей, и то, что мы уже отбыли срок по вменяемой нам базовой статье (ст.239 ч.1), а срок привлечения нас к уголовной ответственности по инкриминируемым нам статьям 111.ч.3, и 112 ч.2 закончился из-за давности по всем потерпевшим, кроме агента Кистерского.
Выступила и потерпевшая Климова Ольга, отметив, что не видит необходимости нашего содержания под стражей. Сказала Климова и о том, что, познакомившись с материалами этого дела, оценивает экспертизы как «вилами на воде писанные».
После всего услышанного судья, по-видимому не испытывая желания потребности удерживать нас под стражей, уточнила у прокурора, не изменилось ли у неё отношение к мере пресечения, применяемой к нам. На это прокурор, не задумываясь, ответила, что видит нецелесообразным изменение нам меры пресечения. И – ни одного аргумента.
У нас особенный прокурор – медийная персона по Новосибирской области, закреплённая за процессом в связи с его громкостью. Прокуроры высоких званий, бывшие руководителями по Новосибирской области, ныне содержащиеся вместе с нами под арестом в СИЗО, отзываются о ней как о специалисте, не умеющем грамотно вести процесс, исполняющем в таких громких процессах распоряжение сверху, где судья, соответственно, не имеет возможности принимать самостоятельные решения…
Суд удалился на часовое совещание. Мы вернулись ожидать решение в бокс. Там услышали от авторитетных арестантов, обвиняемых тоже по заказному делу, что судья в нашем разрекламированном по ТV деле не будет принимать решение, противоречащее мнению прокурора. И безапелляционно оценили наше правосудие как «то, чем надо подтереть одно место».
А потом было решение суда… и мы увидели, что неаргументированное мнение прокурора, несмотря на абсурдность, становится гарантированно определяющим решение суда! И возникает большой соблазн присоединиться к высказыванию знакомых арестантов в отношении нашего правосудия…
