Друзья, начался судебный процесс, который мы видим необходимым всесторонне освещать.
Начну с рассказа о том, как проходило предварительное заседание в Железнодорожном районном суде г. Новосибирска. Забегу вперед, сказав, что суд постановил удовлетворить ходатайство прокурора о проведении закрытых судебных разбирательств на всём протяжении рассмотрения дела, несмотря на все доводы стороны защиты и потерпевшего Климова К.А. о необходимости открытых судебных заседаний.
Целью предварительного заседания являлось ходатайство стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору на основании ст. 237 УПК РФ, поскольку обвинительное заключение составлено с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, не устранёнными в судебном заседании.
1 сентября 2022 года в 11.00. началось судебное заседание, на котором присутствовали прокурор, обвиняемые, адвокаты обвиняемых и потерпевший Климов К.А.
Заслушав сторону защиты, дав слово обвиняемым, суд предоставил слово потерпевшему Климову К.А.
Первое, что отметил потерпевший, это необходимость вернуть уголовное дело прокурору в связи с грубым нарушением со стороны следствия.
Климов рассказал о том, что следователь заставлял его подписывать протокол допроса, в котором были ответы на вопросы, которых он не давал.
В нарушение ст. 302 УК РФ, следователь принуждал Климова К.А., с его слов в зале суда, к даче показаний, удерживая его в комнате, где осуществлялся допрос, до 22.00 часов.
Незаконные действия следователя вынудили потерпевшего Климова К.А. позвонить в полицию.
В ходе судебного заседания Климов К.А. подал ходатайство, в котором говорилось о том, что ему в ходе судебно-психиатрической экспертизы, которая проходила 15 минут, изменили диагноз психиатрического заболевания на более тяжёлый, что привело к серьёзным изменениям его социального статуса. Четыре предыдущие независимые медицинские экспертизы не давали такого диагноза.
Самое интересное, что в протоколе судебного заседания не зафиксировано некоторых фактов, незаконных действий со стороны следствия, высказанных потерпевшим Климовым К.А.
Адвокаты уже составили жалобы на нарушение в судебном процессе. Посмотрим, как отреагирует суд.
Возникает риторический вопрос: для чего сделали судебное разбирательство закрытым, при этом игнорируя крайне важные показания, исключив их из судебного протокола?
А ведь это только начало судебного разбирательства. Несмотря на закрытость происходящего в зале суда, мы подробнейшим образом будем освещать весь судебный процесс, дабы все увидели истинность правосудия.
Хочу поделиться своими умозаключениями о происходящих событиях, будучи непосредственным участником.
Некоммерческая организация «Церковь Последнего Завета» (ЦПЗ) в различных юридических формах существует более 25-ти лет. Каждые 5 лет Министерство юстиции проводило тщательные проверки ЦПЗ. По требованию руководителя комиссии Минюста для проверки предоставлялись юридические документы, финансовые документы, книги «Последний Завет», газеты «Земля Обетованная» и «Мир Женщины».
Каждая проверка проходила по несколько месяцев и по окончании комиссия Минюста составляла акт, в котором подробно делался анализ работы ЦПЗ с точки зрения существующего законодательства.
Изучая книги «Последний Завет», а это значит, непосредственно соприкасаясь с высказываниями Виссариона, ни в одном акте проверки не было отмечено деструктивной особенности организации ЦПЗ, психологического насилия над адептами, гипноза, внушения. Конечно, комиссия Минюста – это юридический орган, а не медицинский, и не может давать экспертной оценки по медицинским вопросам, но ведь они так же находились под психологическим воздействием и осознать такое воздействие были способны. Но 25 лет никто ничего не находил, с точки зрения нарушения закона.
Еще один немаловажный факт. С самых первых лет существования Общины, в ФСБ пристально наблюдали за жизнью верующих. В службе безопасности был назначен офицер-куратор, который осуществлял связь с руководством Общины. За 20 лет работы устроителем религиозной организации «Церковь Последнего Завета» мне пришлось общаться с тремя кураторами ФСБ. За всё время общения ни у одного из кураторов не возникало даже намёка на какое-либо психологическое насилие над людьми, а ведь сотрудники ФСБ по роду службы обязательно отметили бы этот факт, тем более, факт психологического насилия является нарушением конституционных прав.
За более чем 25 лет сотрудники ФСБ досконально изучили книги «Последний Завет», аудио- и видеозаписи встреч Виссариона, тем более это всегда находилось в открытом доступе.
Нас обвиняют в психологическом насилии над людьми с 1991 по 2020 годы, и всё это время за нами наблюдали, нас проверяли серьёзные организации: Минюст, ФСБ, прокуратура, полиция,- но за 29 лет жизни Общины ни одной жалобы, ни одного потерпевшего. Кому это выгодно и кто за всем этим стоит, нам предстоит узнать в процессе судебного разбирательства.
