Фантастическая быль “Истории Евсея”. Часть 2, глава 38

Друзья! Мы продолжаем публиковать «Истории Евсея». На очереди – книга вторая. А первая книга готовится к печати (вариант с авторскими правками). Ссылка на электронный вариант первой части

Это заключительная глава второй книги. 

Начата публикация третьей книги.

Глава 38

Кузня заработала, подростки естественным образом стали частью общины. Жрец изменил своё отношение к сыну своему и ко мне. Вернее, не ко мне, а к Силе, которая вырвала его из рук той, что издавна ассоциируют, по какой-то причине, с пожилой женщиной с косой или серпом – инструментом для жатвы.

Но ведь и мне в том тяжёлом сне, когда я чуть было не вывалился в пасть волчьей стае, приснилась тьма в образе, напоминающем женский, хотя и без косы. Вполне может быть, что женщинам тьма, как и смерть, видится порой в образе мужчины, немолодого и гневно-ворчливого.

Отец Аарона не только выжил и воспрял духом, он ещё и запомнил наше общение с демоном. Наверное, результатом всего этого стал его неожиданный выбор: он решил отдать дом молитвы (синагогу) в распоряжение своего сына, священника по роду, но не по вероисповеданию, объяснив, что возраст и здоровье уже не позволяют ему самому нести эту ответственность.

Такой шаг жреца возложил на Аарона ещё бо́льшую ответственность, в сравнении с ответственностью его отца, ведь в селении жили те, кто продолжал исповедовать Древний договор.

После долгого мужского собрания – хорошо, что хватило одного, мужчин в общине было ещё немного – было принято единое взвешенное решение. В его основу легла история существования иерусалимской общины первых учеников Христа. Ведь они возносили молитву Отцу, принесённую Учителем, в главной Святыне иудеев – иерусалимском храме. И жрецы не препятствовали им в этом. В то время учеников Рабби никто не обозначал христианами, тогда ещё не было такого названия. Их родиной была Иудея, значит, иудеями они и были.

Дом молитвы (синагогу) в этом селении стали посещать и верующие диаспоры, и верующие христианской общины. Аарон, потомственный священник, определил, что в доме молитвы Единому Богу возносятся любые сердечные молитвы, обращённые к Всевышнему. Чтение и изучение Писаний было разделено по времени: в одно время это делали иудеи, в другое – христиане. Но верующие разных договоров с Богом, по желанию, могли присутствовать и на том, и на другом событии. Что и происходило, ведь и те, и другие чтения проводил священник Аарон.

По его предложению в доме молитвы были введены собрания с покаянием, где люди могли попросить прощения друг у друга.

Для верующих в явленного Отцом Помазанника проводилось таинство причастия. И таковых верующих становилось всё больше.

В этом селении мы провели большу́ю часть лета – столько, сколько виделось нужным для укрепления взаимодействия в общине. Желание торопиться домой, конечно, напоминало о себе – от него не отмахнуться, не сделать надолго вид, что его нет…

Путь продолжили ходко. В селениях, что встречались на пути, оставались обычно на два дня. Если были желающие, проводили встречи.

Не меньше месяца прожили в хорошо знакомой мне общине, где брат Марк был старшим иереем в совете диаконов. Это была хозяйственная должность с большой ответственностью. Здесь когда-то Назир и Юния трудились рабами у Марка, призванного взвалить на свои плечи хозяйственную жизнь зарождающейся общины. Ныне многие бывшие рабы Марка стали вместе с ним общинниками, не захотели, получив свободу, расставаться с таким радивым хозяином. Община жила насыщенной жизнью – это радовало сердце и поддерживало дух в бодрости.

Здесь мы были полезны новым кузнечным опытом, общением о прожитых годах и о понимании истин Божьих. Помогли мы обустроить и пространство дома молитвы, строительство которого было завершено незадолго до нашего появления в селении. На общем собрании общины решили: в алтарной части будет гореть постоянно поддерживаемый огонь, как символ Света Отца.

В те времена ещё не было придумано как символ христианства использовать Т-образный столб, на котором распинали преступивших законы империи и на котором был казнён Иешуа, сын Иосифа. До реализации этой идеи оставалось ещё несколько веков.

Крест, облачённый в круг, использовался тогда как символ солнцеподобного Митры. Этот культ имел в империи немало последователей. Ответвление древнего персидского верования было преобразовано жрецами Вавилона в самостоятельный культ Митры и привнесено в многобожие римлян.

Последователей этого верования было тогда больше, чем христиан. Эти течения близки некоторыми этическими принципами. Бывало, последователи Митры становились членами христианской общины, принося с собой и символ бога Солнца, Митры – перекрестье, заключённое в круг.

Община Марка существовала в большом селении на юге нынешней Малой Азии. Это была настоящая Римская империя – земли, находящиеся под влиянием законов Рима. В таких селениях, на их окраинах, квартировали римские гарнизоны, готовые к дислокации в разных направлениях: восток, юго-восток, северо-восток. Империя расширялась, римская форма цивилизации постоянно нуждалась в ресурсах, в том числе, людских. Набатейское царство, ставшее провинцией Аравия, было присоединено к Риму императором Трояном с помощью таких гарнизонов в год моего возвращения домой.

Несколько слов о Трояне, одном из самых достойных и здравомыслящих (это мнение его современников и биографов) императоров в истории империи, определившей пути развития цивилизации до настоящего времени.

Троян – полководец-тактик и крепкий, выносливый воин, прекрасно владевший оружием (в юности был простым легионером под предводительством своего отца в войнах в Иудее и в Парфии), простой в общении, взвешенный, доступный народу царь. Он не считал себя богом, как некоторые его предшественники, и строго пресекал попытки возвеличивания со стороны соратников и сената. Избавил политику Рима от доносчиков – их по решению суда топили в море, как разбойников.

Троян распорядился, чтобы государственная казна взяла на себя опеку и воспитание сирот и детей малоимущих родителей, граждан империи.

Когда в Египте, хлебной житнице империи, случился неурожай, император принял решение помочь Египту хлебом.

Троян с помощью законов оберегал сложившийся столетиями греко-римский пантеон богов. Христианство во времена его правления воспринималось как новая, выделившаяся из иудаизма секта с настораживающим тяготением к бедности, нищенству и общему имуществу. Гонения на христиан при Трояне были не таким уж частым событием (доносчиков ведь казнили), а если и происходили, то по инициативе жителей провинций, отстаивающих свой взгляд на устройство Мироздания. Троян предпочитал при конфликтах в провинциях отправлять доверенное лицо, чтобы разобраться, есть ли в действиях сторон нарушение законов Рима…

Мы с Юлием поучаствовали в нескольких собраниях совета общины об ответственности членов совета за чистоту своего сердца. Предложение о таких встречах исходило от Марка, он знал о существовании подобных собраний в общине Захарии. Марк беспокоился о своей чистоте, понимал, что является авторитетным человеком для многих в общине, да и в селении, а значит, ответственен в большей степени, чем кто-либо, за свою нравственность – кому больше дано, с того больше спросится.

Впервые участником таких собраний я стал в общине Захарии. Именно старец был их основателем. Он считал, что молодое поколение неизбежно становится носителем тех же слабостей, что их родители и авторитетные для молодёжи взрослые. Поэтому члены совета старейшин и отцы семей должны быть особенно требовательны к своим действиям, словам и образу мыслей, ведь образ мыслей обязательно проявится и в словах, и в действиях.

На встречах с советом в общине Марка мы соизмеряли свои шаги с заповедями в желании понять, достойный ли пример являет наша жизнь для окружающих, для молодого поколения. Когда мы с Юлием уже собирались продолжить путь, совет общины принял решение проводить такие собрания с участием всех мужчин общины. В первом собрании поучаствовали и мы с Юлием.

К Юлию в общине было проявлено особое внимание. И не только со стороны девушек – сам он в этот раз явно симпатизировал одной определённой девушке. Марк предложил Юлию быть старшим мастером в кузне и войти в совет общины. Юлий своими качествами и умениями соответствовал, конечно, предложенному, к тому же он умело пользовался писаниями Нового договора на собраниях и в жизни.

На случай согласия Юлия с этим предложением, мне был определён другой спутник в дорогу, имевший желание идти со мной.

– Наставник, сделаю, как ты скажешь. Ты видишь лучше меня, – обратился ко мне Юлий.

– Не скажу, брат – я не знаю, что лучше для тебя. Только твои чувства знают это. Это твой выбор. Могу лишь сказать, я не против, чтобы ты остался здесь, в общине… Но тогда надо добавить – и не против, чтобы мы продолжили путь вместе. Не торопись сразу отвечать, взвесь.

Думал Юлий недолго.

– Я решил идти с тобой, Евсей. При размышлении у меня не было перевеса в сторону того, чтобы остаться здесь. Поэтому я иду с тобой.

Девушкам, особенно одной из них, такое решение Юлия принять было трудно. Но Юлий был чист – он не позволил себе ни обещаний, ни признаний.

…В один из вечеров осени мы долго общались во дворе дома гостеприимного хозяина с группой людей, узнавших, что в их селение заглянул пророк-проповедник. Хозяин однажды принимал нас с Лукой в своём доме, когда мы шли на восток, и был рад новой встрече и новым историям.

Уютно горел костёр. В его отблесках обратил внимание на девушку с глазами-озёрами. Она мимолётно напомнила мне об Афине – глаза, взгляд. Обратил на неё внимание и Юлий, как и она на него…

Общение в этот вечер потекло так, что мы заговорили об отношениях между мужчиной и женщиной, о прелюбодеянии, об ответственности мужчины, когда женщина доверилась ему. Бо́льшая половина общающихся были молодые люди, они были смелее в вопросах, да и я не был равнодушен к этой теме.

Мы говорили о любовании женщиной: есть ли это грех и где он начинается. Я рассуждал, что мужчина не может не смотреть на женщину, это желание не может быть грехом, ведь оно заложено природой, а природа, как и всё вокруг, создана Творцом. Вожделение греховно там, где мужчина унижает женщину. Мужчина грешит, когда словами, действием проявляет своё вожделение, унижая тем женщину, принося её миру боль переживания. И пока мужчина не научится заботиться, в первую очередь, о мире женщины, а не об удовлетворении своих желаний, его не назвать настоящим мужчиной, тем, кто готов отвечать за доверие женщины…

Я рассуждал, а Юлий и девушка с синими глазами-озёрами всё чаще задерживали взгляды друг на друге. Для меня это было неожиданностью – видеть, как уравновешенный Юлий начинает тонуть в этих озёрах, которые, как мне казалось в отблесках огня, подёрнулись дымкой слёз.

Общение затянулось до ночи. К завершению нашей встречи девушка и Юлий уже смотрели друг на друга неотрывно. Я присутствовал при необычно ускоренном проявлении обоюдного чувства, которое, наверное, и называется «любовь с первого взгляда».

Я ушёл отдыхать в дом, мы решили не задерживаться в селении, отправляться в путь рано утром. Юлий остался общаться с молодёжью у костра…

Неспокойный сон. Быстро сменяющаяся череда лиц близких мне людей – и мужчин, и женщин… Афина, Крея… Ани, нежно целующая меня, к её бедру прижимается мальчик шести-семи лет, я не знаком с ним, но знаю – это мой сын… У груди Даити, мамы Ясны, девочка-малышка с тёмными волосами, моя дочь… Дед, обнимающий меня с пронизывающим до слёз теплом… Лики Хранителей: Оливия, Лета, Аталия, Крукис, Чиста, Виркус, Хэба…

Утром возле дома нас ждала девушка с глазами-озёрами… Здесь же узнал от Юлия, что они решили быть вместе всегда. Ей было 15 лет, Юлию – 19. Я спросил её, знают ли об этом решении её родители. Она ответила, что уже взрослая и сама вправе принимать решения. Родители однажды поймут её, ведь когда-то мама ушла из дома за мужем, после чего и родилась синеглазая девочка…

Уже в пути узнал, что отцом девушки был не рядовой воин римского гарнизона, а командир сотни. Сердце тревожно сжималось: одно дело, когда римлянка убегает вслед за легионером, другое – за бродячими христианами-проповедниками…

К вечеру нас настигли вооружённые всадники. Девушка вцепилась в руку Юлия.

Крупный статный воин, проворно соскочив с коня, рванул девушку к себе.

– Как ты могла, моя дочь, дочь Рима, увязаться за этими бродягами, отвращающими людей от наших богов? – прогремел он.

Юлий импульсивно выхватил меч и бросился защищать свою любовь…

Передо мной мелькнул Дед, рядом с ним мужи… Увидел неулыбающихся Хранителей – Оливия, Аталия, Хэба…

Наше столкновение с римлянами не было долгим. Упал Юлий, зажимая рукой рану в груди. Я шагнул к нему… Неожиданный удар плоской частью меча в висок… Услышал, как хрустнула моя височная кость.

На этом вторая часть “Историй Евсея” заканчивается.

Готовится печатный вариант книги, следите за объевлениями на сайте!

Похожие публикации

Поделиться в соцсетях:

VK
Telegram
WhatsApp
Twitter
OK